Отдаленные последствия принудительных миграций на примере народов Северного Кавказа

Арутюнов М.Г.
Москва

Всемирная история в значительной мере является историей миграции и, по крайней мере, с ней тесно связана. Различают три наиболее характерных вида миграции.

Добровольная миграция, когда отдельные индивидуумы или их сообщества по своей инициативе на добровольной основе мигрируют на новые территории в поисках лучшей жизни.

Принудительная миграция, когда по воле власть предержащих тем или иным способом (как правило, силовым) перемещают массы людей.

Вынужденная миграция, когда люди, спасаясь от угрозы жизни и от иных преследований, вынужденно покидают места своего постоянного жительства и ищут убежища на других территориях.

Существует и еще один вид миграции – добровольно-принудительный, под которым понимается направление специалистов, выпускников учебных заведений и др. из центральных регионов на периферию для подъема и развития ее экономики, культуры и т.п.

Обычно каждый из этих видов миграции рассматривают независимо один от другого, ограничиваясь самими миграционными процессами, условиями в которых они происходят, и их кратковременными (в пределах до десяти лет) последствиями. Однако из поля зрения исследователей, по крайней мере, российских, выпало существенное звено, а именно, долговременные последствия миграций, имевших место в СССР в тридцатые, сороковые и послевоенные годы прошлого столетия.
В предвоенные и военные годы поголовной депортации (принудительной миграции) подверглись целые народы – миллионы граждан СССР. Корейцы были переселены в 1934–1937 гг., немцы – 1941–1942 гг. Вскоре начались тотальные депортации «возмездия» народов Северного Кавказа и Крыма : карачаевцы – 1943 г., калмыки – 1943 г., балкарцы – 1944 г., чеченцы и ингуши – 1944 г., крымские татары – 1944 г., турки-месхетинцы – 1944 г. . Их переселяли в Сибирь, Казахстан и республики Средней Азии.

Выселение репрессируемых народов сопровождалось чудовищными преступлениями. Например, в Чечено-Ингушетии в ауле Хайбах было уничтожено более 700 человек, в том числе детей, женщин, стариков, которых, загнав в сарай, сожгли, а пытавшихся спастись, расстреляли из пулеметов .

В сталинские времена массовое уничтожение людей, в том числе заранее «приговоренных» к депортации, не было чем-то необычным. Еще накануне оккупации германскими войсками Кабардино-Балкарии в ноябре-декабре 1942 года были уничтожены и разрушены 7 селений балкарцев в Черекском ущелье, из них три (Сауту, Глашево, Верхний Чегет) были полностью сожжены. Вместе с домами и постройками были сожжены, в большинстве убиты и ранены жители этих селений. По армейским сводкам число убитых мирных жителей лежит в пределах 1200–1500 .

В процессе переселения, по разным данным, в том числе неофициальным, погибло от голода, болезней, холода и варварского обращения со стороны сопровождающих эшелоны войск НКВД от 10 до 40 и более процентов депортируемых.

Мотивы, послужившие причиной депортации разных народов, несколько различались. Корейцев и турков месхетинцев выселяли с целью зачистки приграничных территорий, обвинив их в политической неблагонадежности и враждебности советской власти, вредительстве, контрабанде и т.п. Немцев – заподозрив среди них десятки тысяч диверсантов и шпионов. Народы Северного Кавказа и калмыков обвинили в предательстве и пособничестве оккупантам.

Одновременно с депортацией перекраивалось административно-территориальное устройство СССР. Были ликвидированы Республика немцев Поволжья, Чечено-Ингушская АССР, Калмыцкая АССР, Крымская АССР, Карачаевская автономная область и т.п. с передачей их территорий соседним республикам, краями и областями.

В результате тотальных депортаций народы подвергались насилию и безвозмездному изъятию имущества. Они оказались под спецнадзором и были строго ограничены в передвижении. Их исключили из списка народов страны, более того, память о них, упоминания о них вычеркнули из общественно–политической, научной и художественной литературы. На их этнической территории уничтожались следы пребывания этноса. Они «навечно» лишались права вернуться на свою Родину.

С падением сталинского режима вышел ряд указов Президиума Верховного Совета СССР и постановлений ЦК КПСС о реабилитации репрессированных в годы войны народов (кроме немцев Поволжья) с частичным восстановлением административно–территориальных единиц. Процесс реабилитации народов получил дальнейшее развитие накануне и после распада СССР.

12 июня 1990 года Верховный Совет РСФСР принял закон «О реабилитации репрессированных народов», которым были реабилитированы «все репрессированные народы РСФСР» и признаны «незаконными и преступными репрессивные акты против этих народов». Закон установил, что «все акты союзных, республиканских и местных органов и должностных лиц, принятые в отношении репрессированных народов, за исключением актов, восстанавливающих их права, признаются неконституционными и утрачивают силу». Закон предусмотрел территориальную, политическую, социальную и культурную реабилитацию репрессированных народов и дал этим понятиям развернутое толкование.

Казалось бы, справедливость восторжествовала, началось возвращение репрессированных народов в места их прежнего постоянного проживания. Однако последствия принудительной миграции спустя десятилетия дают о себе знать и сегодня в самых различных формах. Наивно было бы надеяться, что насилия, которым народы подверглись в годы депортации, изгладились из памяти самих репрессированных, их детей, внуков и правнуков и не будут влиять на судьбу этих народов и России в целом.

Волна сепаратизма, всколыхнувшая многие национальные республики России, принявшая наиболее резкие формы в Чеченской Республике, во многом явилась следствием пережитых лет произвола и бесправия в период принудительной миграции. Не сомневаюсь, что и сегодня питательной почвой для вооруженного сопротивления федеральным властям со стороны определенной части чеченцев являются не только бесчинства и «зачистки» федеральных вооруженных сил, но и историческая память народа о пережитом.

Отдаленные результаты деятельности руководителей Союза ССР, развязавших принудительную миграцию чеченцев, и руководителей Российской Федерации, не сумевших своевременно мирным путем разрешить конфликтную ситуацию, привели к гибели десятков тысяч людей, а возможно и более, в том числе мирных жителей различных национальностей. Тысячам чеченцев, бежавших из Чеченской Республики в Ингушетию, власти немотивированно отказывают в признании их вынужденными переселенцами. Имеются определенные основания предполагать, что если политика властных структур не изменится, то последствия этой вынужденной миграции могут стать прологом новой принудительной миграции, но теперь уже не из Чечни, а из заселяемых чеченцами новых территорий.

Не в полной мере урегулировано положение в Кабардино-Балкарии. Постоянно предпринимаются попытки отторгнуть у вернувшихся из ссылки балкарцев их исконные земли с богатейшими рудными запасами. Противопоставляются балкарцы и кабардинцы. По информации с мест обстановка близка к взрывоопасной. Такие действия республиканских властных структур только способствуют разжиганию межнационального противостояния и сепаратистских настроений.

Не решен вопрос о территориальной реабилитации Ингушской республики, об отторгнутых в период депортации у ингушей их родовых землях. До сих пор не созданы условия для возвращения ингушей в Пригородный район и во Владикавказ. Прямым следствием принудительной миграции ингушей в 1944 году явились кровавые события 1992 года, вылившиеся фактически в очередную принудительную миграцию, а именно – приведшие к изгнанию ингушей с их исконных земель. Последующие многочисленные, зачастую формальные попытки властных структур как-то разрешить наболевшую проблему оканчиваются ничем.

Пожалуй, еще более рельефно проявляются последствия принудительной миграции для турков-месхетинцев. Обустроившись в конце концов в Узбекистане, они, тем не менее, постоянно поднимали вопрос о возвращении на свою историческую родину в Месхетию . Начавшиеся в 1999 году погромы в Ферганской долине теперь уже вынудили властные структуры СССР с целью защиты турков-месхетинцев прибегнуть к повторной депортации некоторой их части в центральные регионы России. Остальным туркам-месхетинцам не оставалось ничего другого как стихийно вынуждено мигрировать в Россию, Азербайджан, Казахстан и Украину. В дальнейшем многие добровольно мигрировали в более привычные для них по климатическим условиям Краснодарский и Ставропольский края, Кабардино-Балкарскую Республику, Ростовскую область, Азербайджан. Однако, совершив очередную добровольно-принудительную миграцию, не все из них нашли понимание и поддержку властей и местного населения. В частности, в Краснодарском крае проводят в отношении их неприкрытую дискриминационную политику. Им не предоставляют ни российское гражданство, ни право на трудоустройство, ни право на жилище, ни право на собственность, стремясь принудить их к добровольному выезду из края, а непокорных в очередной раз депортировать. Но куда и на каком основании?

К иным отдаленным последствиям привела принудительная депортация немцев. Под надуманным предлогом им было отказано в праве восстановить Республику немцев Поволжья со столицей в г. Энгельс. Результат – более 1, 2 миллиона немцев воспользовались правом на добровольную миграцию и покинули территорию бывшего СССР, в том числе и России, вернувшись на свою прародину.

Корейцы в своей основной массе полностью ассимилированы, утратили традиции, письменность и язык, рассеялись по территории постсоветского пространства и не поднимают вопрос о возвращении на их историческую родину.

Завершая рассмотрение вопроса о принудительной миграции, нельзя не коснуться положения крымских татар. После долгих и, казалось бы, непреодолимых препятствий, они постепенно возвращаются в Крым, но это уже забота Украины. Россия «умыла руки».

Нельзя оставить без внимания отдаленные последствия добровольно-принудительной миграции. Масштабы ее последствий, вызвавшие вынужденную миграцию из Союзных республик СССР, а после распада СССР, из суверенных государств постсоветского пространства, пожалуй, во много раз превосходят масштабы породившей ее добровольно-принудительной миграции. Но это вопрос отдельного рассмотрения, который изучается многочисленными исследователями.

Возможно ли, и какими путями, если не полностью ликвидировать физические и психологические последствия депортаций народов по национальному признаку, то хотя бы придать народам уверенность в признании их равноправными в многонациональной Российской Федерации?

Вряд ли можно предложить универсальный рецепт решения многолетних проблем и, в первую очередь, территориальных. Наивно надеяться, что народы забудут об отторгнутых у них землях предков или не будут противостоять таким намерениям. Достаточно привести только пару примеров из их великого множества. Армянский народ не забыл об утраченной территории его предков в Западной Армении и продолжает бороться за Нагорный Карабах. Не ослабляют претензии японцев на ряд Курильских островов, которые многие десятилетия препятствуют заключению мирного договора Японии сначала с СССР, а затем с Российской Федерацией. Думаю, что мало кто сомневается в решении, хотя бы частичном, проблемы Курильских островов в пользу Японии.

Конечно же, статус репрессированных народов несколько, мягко говоря, отличается от статуса народов, имеющих свою государственность, и тем не менее попытаемся сформулировать некоторые общие предложения, которые, хотелось бы надеяться, помогут снять остроту проблем репрессированных народов и хотя бы их частично решить.

Конечно же, наиболее радикальным путем удовлетворения справедливых требований репрессированных народов является выполнение в полном объеме закона Российской Федерации «О реабилитации репрессированных народов». Однако приходится и необходимо считаться со сложившимися реалиями. В связи с этим на сегодняшнем этапе развития Российской Федерации предлагается рассмотреть следующие предложения, позволяющие хотя бы частично удовлетворить требования и пожелания репрессированных народов.

  1. Следует официально на федеральном уровне признать факт отторжения части исторических территорий народов в период их депортации в годы сталинского произвола.
  2. Учитывая сложившееся положение на сегодняшний день, зафиксировать на федеральном уровне по согласованию с субъектами Федерации в качестве временной меры нынешние территориальные границы между субъектами Федерации (например, Чеченская Республика – Республика Дагестан; Республика Ингушетия – Республика Северная Осетия – Алания) и в пределах отдельных субъектов Федерации (например, Кабардино-Балкарская Республика).
  3. Продолжить переговорный процесс на уровне руководства субъектов Федерации по вопросу урегулирования возникших разногласий, в том числе территориальных.
  4. На федеральном уровне давать отпор предложениям по ликвидации национальных республик.
  5. Начать переговорный процесс руководства субъектов Федерации со всеми независимыми правозащитными и общественными организациями по вопросам урегулирования межнациональных и межконфессиональных проблем, существующих в пределах субъекта Федерации.
  6. Способствовать развитию местного самоуправления, в первую очередь, в национально ориентированных районах субъектов Федерации.
  7. Прекратить дискриминацию представителей репрессированных народов в пределах субъектов Федерации, в том числе на их исторических территориях, для чего снять ограничения на пребывание и проживание представителей репрессированных народов на этих территориях, а также, наряду с прочим, подготовить и издать соответствующие законодательные акты в каждом из субъектов Федерации. Привлечь к подготовке законодательных актов неправительственные организации.
  8. Создать в каждом проблемном субъекте Федерации дискуссионные клубы, в том числе в Интернет, с выработкой на них рекомендаций для властных структур. Регулярно обсуждать на них подготавливаемые законодательные акты, ориентированные на урегулирование межнациональных и межконфессиональных проблем.
  9. С��особствовать развитию народной дипломатии путем проведения совместных с неправительственными организациями и властными структурами общественных форумов, семинаров, конференций, круглых столов и т.п. по поиску путей урегулирования существующих проблем и разногласий.
  10. Практиковать проведение фестивалей с участием творческих коллективов, в том числе самодеятельных, ориентированных на демонстрацию достижений национальной культуры народов.
  11. Постоянно проводить широкую разъяснительную работу, в том числе в печатных и электронных СМИ, направленную на развитие межнационального уважения и веротерпимости.
  12. Принять административные и уголовные меры в отношении лиц и СМИ, проповедующих межнациональную и межконфессиональную вражду и нетерпимость.