Особенности этнодемографических процессов на Кубани в 1989–2000 годы

Ракачев В.Н., Ракачева Я.В.
Краснодар

Формирование этнического облика Кубани началось во второй половине XIX в. На земли, обезлюдившие в результате массового исхода адыгского населения в Османскую империю и страны Ближнего Востока, организованно и стихийно переселялись различные этнические группы, по преимуществу христианские. К началу ХХ в. здесь при доминировании русского и украинского населения, а также при сохранении компактных поселений коренного этноса адыгов, складываются значительные группы армянского, греческого, немецкого, молдавского и других этносов.

На протяжении ХХ столетия этническая карта края испытала на себе влияние значимых исторических событий, но не претерпела коренной трансформации. Период существенной ее корректировки пришелся на 1990-е гг. и был связан с кардинальными социально-политическими и экономическими преобразованиями, происходившими на постсоветском пространстве, следствием которых стали массовые территориальные перемещения населения.

Тенденция к снижению естественного прироста проявилась в стране еще в 1960-х гг., однако, именно в рассматриваемый период происходит переход к отрицательному показателю естественного прироста. Так, если в 1989 г. естественный прирост на Кубани (Краснодарском крае) еще был положительным и составлял 0,66%, то с 1990 г. наблюдается естественная убыль населения. Она составила за: 1990 г. – 0,007%, 1992 г. – 0,24%, 1994 г. – 0,55%, 1996 г. – 0,54%, 1998 г. – 0,53%, 2000 г. – 0,64%. В результате население Краснодарского края уменьшилось на 237 527 чел. (–5,14%) . Таким образом, перекрещивание тренда рождаемости (уменьшающейся) с трендом смертности (возрастающей) – так называемый демографический крест – в Краснодарском крае произошло в 1990 г., тогда как в России в целом эти процессы проявились в середине 1991 г. Коэффициент рождаемости в крае в 2000 г. составил 9,1‰. Это очень низкий показатель, если учесть, что в демографии рождаемость в пределах 20–15‰ считается низкой, а ниже 15‰ – очень низкой. Коэффициент смертности составил – 15,4‰, что соответствует значению умеренной смертности (в пределах 15–20‰), но не достигает уровня низкой смертности (10–15‰) .

Несмотря на ухудшение показателей здоровья детского населения и обострение демографической ситуации, удельный вес младенческой смертности в возрастной структуре смертности населения края за 1989–1999 гг. сократился с 2,4% до 0,8%. В 1999 г. достигнут уровень младенческой смертности ниже прогнозируемого Министерством здравоохранения Российской Федерации на 2000 г. Однако доля детей в общем числе жителей сократилась с 22% в 1992 г. до 19,2% в 1999 г. или на 89,7 тыс. чел.

Здесь сказывается как общее ухудшение социально-экономической ситуации, так и изменение репродуктивных установок, которые в последнее двадцатилетие подверглись сильной деформации. Уже в 1970–1980-х гг. тип репродуктивного воспроизводства меняется таким образом, что постепенно увеличивается доля малодетных семей, а в пределах малодетности – семей с одним ребенком. В 1990-х гг., эти процессы усугубились экономическими реформами в России, которые привели к резкому ухудшению материального положения населения в стране. Демографическая статистика, социологические исследования последних лет в этой области, и весь предшествующий опыт свидетельствуют о значительном воздействии социально-экономических факторов на демографическое развитие общества. В России влияние кризиса сказалось не только на снижении рождаемости, но и привело к росту показателей смертности населения.

Вместе с тем, в рассматриваемый период демографическое поведение у разных этносов и этнических групп Кубани было неодинаковым. По типам демографического поведения можно выделить три группы народов в составе населения края.

Первая группа – это этносы и этнические группы, уменьшение численности которых было постоянным и наблюдалось с небольшими колебаниями на протяжении всего рассматриваемого периода. Так, в 1989–2000 гг. в ходе естественной убыли уменьшилась численность евреев на 30% (1480 чел.); украинцев – на 18,6% (33817 чел.), мордвы на 17,5% (1194 чел.), эстонцев на 15,3% (245), белорусов – на 12,8% (4433 чел.), русских – на 5,17% (207152 чел.).

Вторая группа – этносы, сменившие в рассматриваемый период естественный прирост на убыль. Это с 1992 г. – немцы, с 1993 г. – молдаване, с 1994 г. – татары, с 1998 г. – грузины. Если у татар и грузин общий показатель естественного прироста остался положительным – 2,63% (383 чел.) и 2,14% (259 чел.) соответственно, то у молдаван и немцев он перешел в отрицательный и составил – 4,21% (–313) и 0,68% (–205 чел.) соответственно.

Третья группа – этносы, у которых наблюдался положительный естественный прирост (хотя его темпы также падают) – азербайджанцы, армяне, адыгейцы, цыгане, крымские татары. У армян прирост составил 6,39% (10976 чел.), у адыгейцев – 9,55 (1985 чел.), у азербайджанцев – 22,24% (2300 чел.) . К числу этнических групп с положительным естественным приростом относятся также народы Северного Кавказа, турки-месхетинцы, курды, проживающие в крае.

В условиях значительной естественной убыли населения рост численности жителей края в 1990–1997 гг. на 100% обеспечивался притоком мигрантов.

Характеризуя динамику миграции населения в Краснодарском крае следует отметить, что миграционный прирост с 1988 г. до середины 90-х гг. неуклонно увеличивался (1988 г. – 30650 чел., 1990 г. – 47136, 1992 г. – 91855, 1994 г. – 95800 чел.). Пик миграции пришелся на 1992 и 1994 гг. В целом, первая половина 1990-х гг. характеризуется массовой миграцией в край, данные по которой не всегда отслеживались и систематизировались.

Вторая половина 1990-х гг. характеризуется стабилизацией миграционных потоков. К этому времени в крае была разработана миграционная программа, подготовлен ряд законоположений по регулированию миграционных процессов, создана соответствующая инфраструктура. Соответственно снижаются и цифры миграционного прироста (1996 г. – 53200 чел., 1997–33295, 1999 г. – 28582 чел.) .

Основные детерминанты, определяющие мощность миграционных потоков, – это численность населения территорий, между которыми осуществляются миграционные связи, и их местонахождение. Чем больше численность населения обменивающихся территорий, тем мощнее потоки. И чем ближе расположены территории, тем интенсивнее их миграционные связи и, следовательно, значительнее миграционные потоки. Хозяйственные и природные факторы, а также исторически сложившиеся связи, управленческие решения и т.д. также сказываются на мощности миграционных потоков. Однако все это имеет либо эпизодический характер, либо ограниченную локализацию в отличие от таких факторов, как близость территорий и численность населения.

В 1996–1999 гг. основной территорией выхода мигрантов в Краснодарский край был Северо-Кавказский регион – 21,3 % прибывших в край. На втором месте Западно-Сибирский регион – 8,9 %, на третьем – Дальневосточный – 6,6 %. Из государств СНГ – это Украина, Казахстан, Грузия (включая Абхазию).

Всего из регионов России на Кубань в 1996–1999 гг. прибыло 207143 чел., или 68,9% от общего количества мигрантов, миграционный прирост за счет внутрироссийской миграции соответственно составил 71889 чел., или 48,7% общего миграционного прироста населения края. Из государств СНГ и Балтии в 1996–1999 гг. прибыло 93337 чел., или 31,1% общего количества мигрантов, миграционный прирост в обмене с этими государствами составил 75872 чел. (51,3% общего миграционного прироста). В обмене с государствами вне СНГ и Балтии миграционный прирост за 1996–1999 гг. был отрицательный (–11564 чел.) .

Проблема миграции в край получила широкий общественный резонанс и, прежде всего, в связи с распространившимся мнением "об обвальной" миграции, следствием которой стал существенный рост населения края.

Однако объективный анализ данных статистики не подтверждает этот тезис. Рассматривая в исторической ретроспективе рост населения края, видим, что с 1939 г. по 1959 г. его численность увеличилась на 18,7%, с 1959 по 1970 гг. на 18,6%, с 1970 по 1979 гг. на 5,2%, с 1979 по 1989 гг. на 6,5%, с 1989 по 2001 гг. на 8,51%. То есть увеличение населения края за последнее десятилетие отнюдь не выглядит "обвальным".

Вместе с тем, утверждается, что за последние десять лет в край прибыло более одного миллиона мигрантов, то есть практически каждый пятый житель края – мигрант. Однако следует учитывать, что часть этих мигрантов находилась в крае транзитом, в долгосрочных командировках, на воинской службе и др. и соответственно не должна включаться в категорию постоянного населения. Анализ данных краевого комитета государственной статистики показывает, что в результате миграционного прироста в 1989–2000 гг. население края увеличилось на 13,65% т.е. на 630931 чел.

В действительности проблема состоит в том, что, несмотря на значительные масштабы миграции, она уже не восполняет естественных потерь населения края. Если рост численности жителей края в 1990–1997 гг. на 100% обеспечивался исключительно притоком мигрантов (в 1997 г. он замещал естественную убыль на 116,1%), то с 1998 г. миграционный прирост только на 80% компенсирует естественные потери населения.

Кроме того, миграции последнего десятилетия носят ярко выраженный этнический характер. Характеризуя этнический состав мигрантов можно отметить, что большинство переехавших в край в 1996–1999 гг. составляют русские (80,7%), армяне (5,9%) и украинцы (5,8%), доля остальных этносов менее 1% . В результате миграций в крае сформировались или значительно увеличились численно такие этнические группы как турки-месхетинцы, курды, армяне-хемшилы, афганцы, вьетнамцы и пр.

Динамика численности отдельных национальных груп�� различается. Если за 1989–2000 гг. численность русских увеличилась на 7,4%; украинцев – на 8%, белорусов – на 11%, то рост численности армян составил 42,5%; грузин – 48,2%; азербайджанцев – 30,3%. Уменьшилась на 40,5% численность евреев населения края, на 48,2% – немцев, на 6,7% – адыгейцев, на 2,4% – татар. В итоге изменяется устоявшаяся этническая структура населения края. Так, доля русских уменьшилась с 89,2% до 86,7%. Это указывает не на радикальную смену этнической карты, но на вполне четко обозначившуюся тенденцию, суть которой – все более усиливающаяся полиэтничность региона на фоне постепенно сокращающейся долей доминирующего этноса – русских.

Вместе с тем игнорировать необходимость миграционного наполнения края было бы неверно. Именно иммиграционная политика в последние годы все чаще рассматривается в качестве меры снижения темпов депопуляции в стране . Это обстоятельство заставляет изменить оценку миграционных процессов и делает необходимым совершенствование миграционной политики, которая давала бы возможность корректировать миграционные потоки и управлять процессами социальной адаптации мигрантов. Речь в данном случае идет об уменьшении факторов стихийности и развитии планомерности, повышении управляемости через использование программно-целевых подходов к регулированию миграционных потоков, обустройству мигрантов и их интеграции в социальные сообщества по месту проживания. Это также делает актуальной и необходимой работу по формированию в обществе толерантного сознания, как механизма сосуществования культур и межличностного взаимодействия.