Экополитическая составляющая миграции: глобальные тенденции и локальная специфика

Косов Г.В.
Ставрополь

По мнению главного консультанта Международной организации по миграции Б. Гноша, трансграничная миграция является глобальным вызовом современной цивилизации . В статье мы рассмотрим только экополитическую составляющую миграции, которая является одной из главных компонент, позволяющих отнести миграцию к глобальным проблемам.

Необходимо различать понятия «глобальный процесс» и «глобальная проблема». Глобальная проблема появляется в результате неких процессов, имеющих возможность стать (или ставшими) глобальными. В свою очередь, некие глобальные процессы пока еще не стали глобальными проблемами, но, вероятно, могут ими стать.

Глобальные процессы в отличие от глобальных проблем не всегда создают непосредственную угрозу всему человечеству. Они влияют на общемировую социальную, политическую, экономическую динамику. Но это влияние может нести в себе как отрицательные, так и положительные черты. Глобальные проблемы современности – главные, ключевые проблемы, от решения которых зависит само существование, сохранение и развитие мировой цивилизации. На наш взгляд, к таковым проблемам можно отнести:

Причинами нынешнего состояния природы являются доведенная до крайности погоня за ростом производства, демографические взрывы на юге, концентрация населения в городах, что разрушает экологическое, социальное и экономическое равновесие. Города притягивают к себе основную массу богатства и становятся средоточием напряженности между небольшой группой преуспевающих и огромным числом неимущих людей. Выходцы из сельской местности, не нашедшие себе места в городе, разорившиеся предприниматели и потерявшие работу рабочие и служащие остро ощущают отсутствие перспектив на будущее и выражают свое отчаяние взрывами насилия.

Одной из причин миграции является бедность, которая в свою очередь является причиной усиления нагрузки на окружающую среду. Так по данным Development and Environment (N.Y.,1992) одна часть бедняков мира, занимаясь сельским хозяйством, вынуждена культивировать, как правило, неудобья, дающие низкий урожай. Из-за отсутствия средств на поддержание плодородия, охрану почв они становятся еще беднее и при этом катастрофически быстро разрушают окружающую среду. Вторая часть бедняков сконцентрирована вокруг городов. Отсутствие благоприятных жилищных условий, денег на поддержание своего существования порождает высокий уровень загрязнения окружающей среды свалками мусора, сжиганием дров, которые получают, вырубая леса вокруг городов и деревьев внутри них, для приготовления пищи и отопления.

По мнению О.Н. Яницкого, процесс адаптации мигрантов к новым условиям всегда протекает за счет сил природы и порождал новые социальные риски . Под риском мы понимаем событие, определяющее существование социальной группы или общества в целом в условиях, когда под воздействием разного рода внешних факторов возникает постоянная угроза их политической и социально-психологической стабильности (опасность военных конфликтов, политических переворотов, ожидаемое извержение вулкана, экономического потрясения, эпидемии и т.п.). Имманентно возникающие в системе риски сбрасываются в природные и социальные среды, которые в свою очередь из-за рисковой перегрузки сами становятся их (т.е. рисков) производителями. Возрастающие в геометрической прогрессии риски ведут к дезинтеграции государства, социума по всем несущим позициям, разрушению сложившихся институтов безопасности и социальной защиты. Все это сопровождается, по мнению О.Н. Яницкого, выделением гигантских масс энергии распада. «Энергия распада суть массовые действия, разрушающие любой социальный порядок, его нормативно-ценностную и институциональную структуры. Выделение энергии распада – это актуализация социального рис��а в форме неконтролируемых действий социальных факторов, коллективных и индивидуальных» . Кроме этого, энергия социального распада может быть следствием стихийных бедствий или антропогенных катастроф. Эта энергия может существовать в форме потоков вынужденных переселенцев и беженцев, роста числа бездомных, безработных и выступать в форме локальных войн, криминальных разборок, терроризма и т.п.

Восстановление прежней социально-экологической ниши на новом месте обычно начинается с более низкого социального уровня. Наблюдается своего рода социальная сукцессия – люди беднеют, ожесточаются, нормой становятся социальные конфликты мигрантов с аборигенами. В том случае, если несущая способность экосистемы, в которой оказались запертыми мигранты, оказалась исчерпанной, возникает латентная стадия конфликта, социум порождает феномен «диких гусей». «Так или иначе, люди, вытолкнутые из своей экологической ниши и оказавшиеся в экстремальной ситуации, никогда не будут считаться с тем, что в обществе должны существовать «ничьи» земли и пространства (заповедники или иные резерваты), изъятые из общественного или личного пользования. Бедность и неустроенность всегда идут рука об руку с пренебрежением к риску, неважно техногенному или социогенному» , – писал О. Яницкий.

Так, в зонах экологического риска в условиях экономического реформирования современной России часто возникают трудноразрешимые ситуации, содержащие потенциальные условия для возникновения конфликтов . По данным опросов общественного мнения, проведенных Институтом социально-политических исследований Российской Академии наук, население благоприятных в экологическом отношении районов в большей степени волнуют такие проблемы, как инфляция, рост преступности, угроза безработицы, обострение межнациональных конфликтов, кризис морали и культуры. Проблемы экологии вынесены людьми на одно из последних мест. Аналогичные данные были получены в результате социологического исследования, проведенного кафедрой политологии и социологии Ставропольского государственного университета летом 2002 года. В то же время население крупных индустриальных центров (Омск, Иркутск, Нижний Тагил) обеспокоено экологической обстановкой в своих городах и часть людей даже готова прибегнуть к крайним мерам борьбы с властями для защиты своих жизненных интересов .

Ухудшение среды обитания может стать фактором, ведущим к локальным, а теоретически и к более масштабным войнам, которые будут только продолжать ухудшать состояние окружающей среды. Так, в 1990 году на границе Таджикистана и Кыргызстана вспыхивали конфликты, которые определялись как межнациональные. Но они начались из-за нехватки воды, ставшей результатом устоявшегося порядка природопользования. По данным Национального разведывательного совета при ЦРУ США к 2015 году почти половина населения мира, более 3 млрд. человек, будет жить в странах, испытывающих недостаток воды. Это страны Африки, Ближнего Востока, Южной Азии, а также север Китая. В развивающихся странах 80 % воды используется в сельском хозяйстве, но к 2015 году им не удастся сохранить нынешние масштабы орошаемого земледелия, ибо для производства тонны зерна необходима примерно тысяча тонн воды. В тоже время уровень грунтовых вод под некоторыми из крупнейших областей земледелия Северного Китая падает ежегодно на 5 футов, а в Индии – от 3 до 10 футов . По мнению американских экспертов, по мере исчерпания запасов воды она станет источником конфликта. Так, почти половина земной поверхности занята бассейнами рек, каждый из которых делят между собой две или более страны; свыше 30 государств получают более трети воды извне. Например, попытки Турции по строительству дамбы и ирригационных сооружений на реках Тигр и Ефрат могут привести к снижению поступления воды в Сирию и Ирак, страны, в которых к 2015 году будет намечаться значительный прирост населения. К этому же времени, по оценке американских аналитиков, возникнут споры между Египтом, Эфиопией и Суданом за пропорциональное использование вод Нила, и соглашения о совместном использовании водных ресурсов станут соблюдаться с меньшей тщательностью. Нехватка воды в сочетании с другими источниками напряженности (которые будут иметь место, например, на Ближнем Востоке) могут привести к масштабному военному конфликту.

Анализ существующей социальной реальности позволяет вывести следующую закономерность: ухудшение экологической ситуации усиливает процесс социальной дифференциации. Например, бедные крестьянские хозяйства не способны справиться с возникающими экологическими проблемами, которые особенно усиливаются в момент экологических бедствий. Многие из них, лишаясь возможности вести традиционный образ жизни, пополняют ряды радикально настроенных и экстремистских организаций. Кроме этого экологическая деградация стимулирует миграционные процессы и становится причиной обострения социальных проблем в городах.

Урбанизация и трансграничная миграция, по мнению Национального комитета США по разведке, будут в ближайшие пятнадцать лет основными тенденциями мирового развития . В 2015 году больше половины населения будет городским. По прогнозам, бурный рост городов будет наблюдаться в развивающихся странах . Это станет испытанием для правительств: смогут ли они стимулировать приток инвестиций, необходимых для создания рабочих мест и обеспечения услуг, развития инфраструктуры и системы социальной помощи, решения экологических проблем. Урбанизированность в развитых странах составляет 70–75 %. В условиях высокой плотности населения в городах проявляются различные негативные процессы, ведущие к нарушению здоровья и высокой стрессированности населения. Стрессированность, скученность, напряженный ритм жизни порождают бытовую и политическую агрессивность в крайнем ее проявлением – терроризм. Попытка стабилизации ситуации связывается рядом авторов с усилением политической власти, ростом бюрократических институтов.

Экологические стрессы – это состояния, приобретенные не за последнее время. Они существовали и ранее, но в настоящее время они приобрели характер пандемии, и причинами этого явились следующие тенденции: урбанизация; ускоряющийся темп жизни; повсеместное соприкосновение людей с опасными технологиями, вредными веществами; наличие ядерного оружия; клубок неразрешенных, сложных, напряженных социальных и политических ситуаций.

Экологические стрессы, связанные с большими физическими, нервными и психологическими перегрузками в связи с проживанием в опасной для жизни внешней среде, могут спровоцировать как заболевание, так и непредсказуемую поведенческую реакцию. Экологический стресс является источником деструктивных проявлений в жизни людей, в их поведении. Экологический стресс, вызванный авариями на промышленных объектах, порождает недоверие к ряду отраслей промышленности и к целым направлениям научно-технического прогресса.

Исследования ИС РАН, посвященные выявлению социальных последствий Чернобыльской аварии, позволили сделать следующий вывод: «Мощный негативный фактор (радиоактивное загрязнение) расшатывает социальную и психологическую устойчивость как личности, так и целых социальных групп» . Данные исследования показали, что изменения ценностных ориентаций в условиях повышенного экологического риска, социальная напряженность между различными группами населения, снижение доверия к властям, вызванные Чернобыльской аварией и ее последствиями, могут иметь глобальные последствия для России в целом, особенно в сложной социально-политической и социально-экономической ситуации.

Экологический стресс делает массовое сознание более восприимчивым к ультрарадикальным лозунгам, мифам, слухам. Так, несмотря на терпимость, сформированную в диалогичной культуре европейцев, настроенных на восприятие новой информации от новых людей, многие страны Европы ощутили на себе всплеск расизма, ксенофобии и мигрантофобии . Иммигранты воспринимаются как «опасный элемент ломки сложившейся этносоциальной однородности и структурированности, в их поведении усматриваются неуважение к нормам и традициям той культуры, в которую они попали, пренебрежение сложившимися в этой среде ценностями и устоями» . Например, в толерантной Швейцарии населением, недовольным иммигрантами, была выдвинута инициатива по ограничению доли иммигрантов в общей численности кантонов до 18 % . Центральным элементом идеологии и политики правых немецких радикалов в 1980-е годы становится враждебность к иностранцам, для обоснования которой привлекались и экологические аргументы. Так в 1980 году был опубликован праворадикальный Гейдельбергский манифест, в котором говорилось: «Возвращение иностранцев на их историческую родину принесло бы Федеративной Республике Германии, как одной из наиболее густонаселенных стран мира, не только социальное, но и экологическое облегчение» . Экоправые предлагают рассматривать все проблемы экономической сферы (безработица и т. п.), социальной сферы (в том числе мигрантов) через призму сохранения в будущем естественных жизненных основ. Решение экологических проблем, на их взгляд, должно сопровождаться враждебностью к иностранцам, призывом к построению «крепости Европа» и введением «экодиктатуры», т.е. системы силовых принудительных мер по обеспечению выживания хотя бы части населения Европы .

Основной тезис экорасизма, поддерживаемый многими европейцами, сводится к тому, что защищать природу способен только человек со «здоровой» национальной идентичностью. Иностранца со слабо выраженной национальной идентичностью, не имеющего связи с родиной, защита природы не интересует. Отсюда вытекает лозунг «Европа для европейцев» – идея, которую эксплуатировал Ле Пен на президентских выборах во Франции.

В заключение необходимо отметить, что по прогнозам, в богатых странах, принимающих иммигрантов, иммиграция ослабит общественно-политическое единство, в бедных странах, принимающих мигрантов, массовое перемещение людей может привести к экологической катастрофе, этническому дисбалансу и вызвать межнациональные конфликты.